Женский взгляд

Современные проблемы адыгского мира: женский взгляд

Мадина Хакуашева. Доктор филологических наук, публицист, писатель (Кабардино-Балкария)

Проект Caucasus Morpheus «Кавказ спящий» посвящен культурному аспекту адыгского мира. Он возник еще в начале 2011 года, который был объявлен годом культуры Италии в России и России в Италии. Интерес к культуре адыгов (черкесов) первоначально возник у итальянцев, и отнюдь не случайно: ведь черкесская культура в Италии, как и на всем современном Западе, почти не известна. Мы же, адыги, руководствуемся убеждением, что адыгская культура, которая оказалась в вынужденной долгой изоляции, принадлежит не только нашему народу, – она принадлежит всему миру. Без адыгского этикета сокровищница общей мировой культуры будет неполной.

Однако в процессе подготовки проекта мы не смогли обойти и некоторые острые социальные проблемы: они непосредственно касаются женщин, потому что прямо связаны с будущим наших детей. Как оценивается создавшаяся ситуация на старой родине адыгов? Каковы пути ее разрешения? Как проявляется кризис идентичности и самоидентичности у адыгского народа, который несет под собой 150-летнюю историю разъединения когда-то единого этноса, проживающего в настоящее время в 56 странах? Эти и другие вопросы мы предложили участницам нашего проекта.

И, несмотря на то, что большинство проблем так или иначе выходят на политику, мы убеждены, что их следует решать в пределах международного культурного поля. Однако мы решили начать разговор на эту непростую тему с женщинами не только поэтому.

В настоящее время незаметно сформировался и обрел ощутимое влияние особый класс нашего общества. Несомненно, он уже является одним из самых активных и авторитетных.  Это целый класс женщин новой духовной формации, которых отличает высокий уровень социальной и творческой креативности. Новые женщины обладают целым набором качеств, которые распространяются практически на все сферы жизни. Профессионализм и творческий потенциал, надежное деловое партнерство, активная общественная позиция, – вот неполный, уже вполне обычный перечень функций, который характеризует современных женщин. Однако устоявшееся определение «деловой женщины» его представительницам не вполне подходит, так как этот термин  предполагает профессиональную и общественную деятельность. Новая женщина, обладая деловыми качествами, осталась духовным, организационным, управленческим центром семьи, следовательно, – жизненного ядра общества. Возможно, это вынужденная миссия. Усиливающееся влияние женщины, которая невольно оказалась на пересечении множества диагоналей важнейших силовых векторов жизни, определяет ее особое место. Именно женщина владеет совмещением бесчисленного разнообразия ракурсов, которые наделяют ее особым стереоскопическим зрением.

 

Немного о Лене и Паоло – моих новых друзьях…

 

Кажется очень символичным, что на проблему адыгов одной из первых откликнулась женщина. В марте 2011 года я внезапно получила письмо от из Рима от Елены Асеевой – молодого художника-дизайнера. Она прочла «Дорогу домой» в электронной библиотеке и нашла меня. Интерес к адыгской культуре у Лены был с самого начала острый, всепоглощающий. Он начался с древней родины адыгов – Геленджика, который явился и ее родиной. Мы стали переписываться, и через некоторое время Лена прислала развернутый проект, в основе которого значилась передвижная выставка: 40 картин, которые она планировала написать, должны были отражать различные мотивы черкесской культуры. В проект должны были входить фотопортреты современных адыгов, сделанные  ее супругом, профессиональным фотографом Паоло Мизарини. Лена и Паоло предложили мне участие в проекте.

Молодые историки из нашего института Заур Кожев и Алексей Абазов послали ей массу уникальных источников по истории в электронных версиях, которые она прочитывала с невероятной скоростью. Одновременно Лена активно делилась информацией с Паоло,  писала картины, полные невыразимой экспрессии и философской глубины. Вскоре Лена уже сама могла проконсультировать по любым вопросам, связанным с историей и культурой адыгов.

Лена и Паоло приехали в Нальчик в августе 2011 года. За неполную неделю мы взяли интервью у представителей разных профессий и убеждений, – от детей до людей преклонного возраста. Так был запечатлен живой портрет современных адыгов – как есть, без ретуши.

Мы до сих пор продолжаем активно переписываться с Леной. Весь этот год моим друзьям приходится постоянно решать организационные проблемы. Это дается с большим трудом, так как даже в сугубо культурном проекте большинство чиновников пытается разглядеть скрытую политическую подоплеку. Возможно, это безмолвная блокада официальных кругов побудила нас провести это анкетирование: мы осознали, что «острые углы» обойти невозможно, – они волнуют в первую очередь представителей власти.

Длительная изоляция адыгской культуры, которая в свое время являлась уникальным феноменом, объясняется политическими причинами: пытаясь скрыть факты колониальной военной экспансии, царское правительство вычеркнуло из истории вместе с собственным политическим преступлением культуру, которая являлась смыслообразующим центром Кавказа.  В этом отношении за 150 лет ничего не поменялось: и сегодня, как в советское, как в старое царское время, факт существования единой древней черкесской культуры в официальной историографии явственно нигде не обозначен. Он не появился даже после перестройки. Культура адыгов таким образом явилась и продолжает являться заложницей порочной политики.

Я убеждена, что опыт общения с Леной и Паоло – не только мой частный счастливый случай, в результате которых я обрела настоящих друзей и единомышленников, – он отражает новую страницу истории адыгов, которая проявляется острым интересом и неподдельным участием со стороны прогрессивной международной общественности. Ее невидимые ряды с каждым днем растут. Поэтому закономерно, что когда-то наступает время, когда проблемы отдельного народа перестают быть проблемами лишь этого народа, а приобретают международный резонанс и звучание. И решаются с ведома и при участии международной общественности, в которой все больше людей с самым главным талантом, которым обладают Лена и Паоло, – талантом подлинного гуманизма и обостренной справедливости. Талантом всемирной отзывчивости, благодаря которому живет и побеждает добро.

Мадина Хакуашева, доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник сектора кабардинской литературы КБИГИ (институт гуманитарных исследований (КБИГИ) при Правительстве КБР и КБНЦ РАН

_________________________________________________________________________

Вопросы заданные Мадиной Хакуашевой всем участникам интервью:

1. Немного о себе, своей семье, роде.
2. Почему Вас заинтересовала адыгская культура и история?
3. Какими Вам представляются проблемы адыгской культуры?
4. Какие новые качества (или понятия) необходимо усвоить современному адыгу, чтобы сохранить свою национальную идентичность в условиях глобализации? От чего отказаться?
5. Как оцениваете современную обстановку на исторической родине?
6. Что можете сказать о современной черкесской диаспоре? Существует ли реальная связь диаспоры и адыгов, проживающих на исторической родине?
7. Нужна и возможна ли культурная и духовная интеграция всех адыгов на современном этапе? Если да, то в каких формах она Вам представляется?
8. Каким бы Вы хотели видеть Северный Кавказ, Кавказ в целом?

_________________________________________________________________________

 Азида Нагоева  (Кабардино-Балкария)

По моему глубокому убеждению, только адыгский этикет может в конечном счете  стать тем краеугольным камнем, вокруг которого может произойти духовная, культурная интеграция адыгов. Это великое достояние, которым дорожит и гордится каждый адыг, вне зависимости от того насколько глубоко он приобщен к нему и как сильно оно в нем развито (читать далее…)

_________________________________________________________________________

Лидия Жигунова (США)

Основная проблема культурного кризиса адыгов состоит, на мой взгляд, в его затяжном характере. Такое ощущение, что не успев выбраться из одного витка кризиса, мы попадаем в другой. Каждый новый отрезок времени несет в себе новые проблемы, которые адыги с трудом преодолевают – это проблемы исторического, экономического и социального характера (читать далее…)

Амина Жаманова (Россия)

В общеобразовательных школах Кавказа стоит ввести день театра, день музыки, день музея, библиотечный день – все это с обязательным посещением. 4 культурных дня в неделю существенно изменят духовный уровень детей (читать далее…).

Лидия Тлизамова (Кабардино-Балкария)

Для адыгов ценности не меняются. Адыгский этикет – это в первую очередь человеческое достоинство. Это – открытое и искреннее отношение к людям и бережное отношение к окружающей среде. Это – трепетное отношение к прошлому и будущему (читать далее…).

Елена Асеева (Россия-Италия)

Asseeva E.

 

Адыги должны, как и жители России, сделать выводы из того, что произошло сто пятьдесят лет назад. Но я не вижу ни с той, ни с другой стороны, кроме редких исключений, попыток диалога. Наоборот, обе стороны занимают оборонительную позицию, продолжая войну. Мне же больно и за тех, и за других. И проблема не в том, что где-то есть агрессивно-настроенная черкесская диаспора или в том, что сами адыги на своей собственной земле часто чувствуют себя гостями, и даже не в том, что Россия изо всех сил пытается сделать вид, что проблемы не существует. Проблема в том, что сегодня, при всей открытости информации люди НЕ ХОТЯТ ПОМНИТЬ. Ни на Кавказе, ни в России. Они желают помнить выборочно (читать далее…).

Галина Климова (Россия)

Кавказ, в том числе и Северный Кавказ, присутствует в моем сознании с детских лет, во-первых,   как тема  русской истории и классической литературы (А.Пушкин, М.Лермонтов, Л.Толстой и др.), во-вторых,  как личный опыт общения с простыми людьми,  очень благожелательными, а также  опыт совместного сотрудничества с  писателями  и поэтами Северного Кавказа. Событием в моей жизни стала дружба с  поэтом Инной Кашежевой (читать далее…).

Рита Тлупова (Татарова) (Кабардино-Балкария)

Адыге Хабзэ для меня – это основа моей жизни. Я очень горжусь им, и всегда радуюсь, когда вижу, что не только взрослые, но и большинство представителей молодого поколения знают и соблюдают наши прекрасные обычаи. Сейчас, когда благодаря интернету, СМИ, ТВ и т.д., происходит стремительное вторжение в нашу жизнь чужеродных обычаев и культур, очень трудно сохранить самобытность, но Адыгэ хабзэ настолько глубоко сидит в нас, что его не так скоро можно уничтожить (читать далее…).

Ирене Сакина Швеерс (Германия)

Язык – это  главный признак нации.   И это то, что сегодня наша нация теряет.  Это наша  боль.  К сожалению, кабардинский язык, по-моему мнению, сегодня выполняет больше роль декоративную.  Мы приветствуем друг друга на кабардинском языке, спрашиваем друг друга о наших делах и потом беседа незаметно переходит на русский язык. Конечно, не у всех и не везде, но в большинстве своем.  Когда я бываю в Нальчике и слышу на улице кабардинскую речь, особенно в районе университета, где сосредоточена молодежь,  сердце мое радуется. Мне хочется сказать «берегите наш язык, этот клад, это достояние, переданное нам нашими предшественниками!» (читать далее…)

Фатима Озова (Уэз) (Карачаево-Черкессия)

Работая над кандидатской диссертацией, в спецхране Ленинской библиотеки я случайно наткнулась на книгу Р. Трахо «Черкесы», изданную в Мюнхене в1956 г. До сих пор бережно храню ее ксерокопию, до сих пор помню то потрясение, которое я испытала, читая ее. Именно тогда я поняла, что черкесы живут не только на Кавказе, но и во многих странах мира. Это был 1989 год. Тогда же, учась в аспирантуре, я узнала, что мой немногочисленный на Кавказе род Озовых (Уэз) в иорданской диаспоре  так многочислен, что занимает целый квартал в г. Амман, что у иорданских Озовых есть даже свое фамильное къафэ. В 2011 г., будучи на международном симпозиуме в Анкаре, узнала о том, что Озовы проживают во многих черкесских селениях под Стамбулом. Словом, в истории моего рода как в капле воды отражается история моего народа (читать далее…).

Шинкарева Наталья (Кабардино-Балкария)

Адыге Хабзе – это уникальное явление! Насколько я знаю, Хабзэ – свод законов, представляющий собой целую систему морально-этических и духовных ценностей, которая  была создана примерно в  16 веке. По одним источникам, Хабзе было требованием, нарушение которого преследовалось жесткими мерами. По другим – соблюдение всех устоев Хабзе не было требованием, – оно было излишним, так как Хабзе было жизнью и моралью адыгов, их конституцией, их религией. В далекие времена закрытого адыгского общества Хабзе обеспечивал, в частности, готовность князей к защите народа, невозможность их занятия торговлей, отказ от богатства и накопительства (читать далее…).

 Мадина Хаконова (Кабардино-Балкария)

 Это универсальный свод неписанных правил, похожий на кодекс самураев. Очень сложная система, над которой в свое время поработали самые умные благородные умы. Регулятор жизни адыгов, начиная от гигиенических предписаний, кончая философскими установками. Я не делаю разницы между прошлым и настоящим хабзэ. Другое дело, что кое-что из этикета утеряно. Но все еще можно восстановить, если будет добрая народная воля (читать далее…)

 

Аброкова Бэла Мусовна, поэтесса. КБР

Кавказ  является  слабой  точкой  не  только  России, но  и  мирового  сообщества. Нужна  грамотная  политика, считающаяся  с  интересами  многонационального  населения  Кавказа  без  устрашения  и подстрекательства. Здесь по-прежнему сохраняются гостеприимство  и  взаимоуважение, а  популярного ныне термина «толерантность»  не  было  вовсе, потому что это понятие существовало испокон веков.

Багова (Гучапшева) Марьям. Заслуженный учитель РФ (КБР)

Чтобы сохранить свою национальную идентичность в условиях глобализации, современному адыгу нужно  знать в совершенстве свой родной язык и адыгский этикет. Зарубежная диаспора сохранила больше и свое культурное наследие, и «адыгэ хабзэ». Я видела выпускной вечер в адыгской школе в Иордании.  Меня поразило то, что все выпускники были одеты в  «адыгэ фащэ» и весь вечер танцевали «адыгэ къафэ». А на концерт  адыгского  танцевального ансамбля, который проходил в Джэрэш, пришли около шести тысяч человек. Я смотрела и плакала. Адыгская этика – наилучшая база для развития и поддержания  традиционной культуры мира, согласия, взаимопонимания. К сожалению, мы еще плохо это осознаем. И потому первое, что необходимо сделать – заполнить вакуум знаний об адыгстве.

Луиза Оразаева, журналист (КБР)

Об адыгэ хабзэ я узнала, когда впервые приехала сюда. Не могу сказать, что это для меня было нечто совсем новым.  У осетин есть свой кодекс –  «ирон агъдау» («осетинский порядок»),  так что  «адыгэ хабзэ» я постигала без проблем. Учила меня свекровь и все старшие женщины Оразаевых. Делали они это довольно корректно и уважительно по отношению ко мне. За это я им очень благодарна. Адыгэ хабзэ – это такой свод правил поведения, где четко расписано, как себя вести в каждой жизненной ситуации, как  обращаться с каждым членом семьи, и остальными,  когда следует встать, когда сесть, как младшие должны относиться к старшим и наоборот, как следует заходить в дом, где горе, как встретить гостей, как проводить. В общем,  там все продумано до мелочей. И женщина другой национальности может ужиться в адыгской семье только в том случае, если она приняла этот свод правил, и придерживается его. Думаю, что  сейчас не все так жестко выполняется в адыгэ хабзэ, как это было в старину,  какие-то требования адаптированы  к современным условиям, но главное, чтобы сохранились и передались будущим поколениям его фундаментальные принципы. Это – уважение к старшим, почитание родителей и многое другое.

Фатима Гукетлова, преподаватель французского языка КБГУ (КБР)

Адыгство для меня – это активная позиция в жизни, но не агрессивная. Это не быть скромненьким «зип1ыт зыхузу», а быть скромным – «сдержанным» в полном объеме этого понятия. Адыг – это когда ты думаешь в первую очередь о том человеке, который рядом с тобой – будь он старше или младше, гость он или сосед, брат или друг. Не ставить себя в центр события,  а сделать так, чтобы было хорошо всем, кто рядом с тобой. Не осуждать «хуэмызэр лIыфIщ» – т.е. не столкнувшись с ситуацией, легко быть героем, но не поступать так, как тебе не нравится. Адыг должен уметь жить в согласии с собой и окружающей его действительностью: мирно, спокойно, не нарушая жизни окружающих его людей. Уважение к Человеку, к его достоинству – основа адыгагъэ.

Мадина Саральп, модельер по реконструкции и стилизации адыгского костюма (КБР)

Конечно основными средствами передачи опыта (помимо языка и прочего) являются и определенные результаты человеческой деятельности, артефакты. Говоря о «возрождении» ремесла, наблюдаю с большим оптимизмом за возросшим интересом к традиционным ремеслам у молодежи. И самое главное  интерес не просто, как к способу творческого самовыражения, а как к звену передачи особого сакрального знания, дающего им возможность «вспоминая корни, не путаться в ветках», т.е. понимать  и  чувствовать, откуда они и к чему идут, хотят идти.

Шаоева Мида Лостанашевна, историк, переводчик (КБР)

Очень обидно сознавать, что проиграна холодная война по вине недальновидных  руководителей  СССР. Очень жаль, что единый мировой порядок  устанавливают в интересах одной нации  через политику глобализации, используя духовные, экономические  ресурсы и весь  военный потенциал всех стран,  и народов мира (НАТО). Считаю, что в мире назревает революционная ситуация, и  теперь победа “социализма” произойдёт не по Ленину в одной отдельно взятой стране, а во всемирном масштабе по Марксу.